Новости Энциклопедия переводчика Блоги Авторский дневник Форум Работа

Декларация О нас пишут Награды Читальня Конкурсы Опросы
Страницы
Метки
Grammatica russa Italo Calvino lingua italiana Lingua russa Yahoo Борис Акунин Великая отечественная война Вторая мировая война Добавить новую метку Из жизни переводчика История Италии Италия Итало Кальвино Итальянская литература Итальянские реалии Литература Медицинская лексика Медицинский словарь Общественно-политическая лексика Переводная итальянская литература РКИ Россия Русская литература в переводах Русские зарубежные школы Русский язык для иностранцев СМИ Италии Словарь Lingvo Современный итальянский язык Учебники русского языка для итальянцев детский билингвизм итальянская лексика итальянский язык книги ложные друзья переводчика неологизмы итальянского языка обучение русскому как иностранному переводчики переводы переводы книг Бориса Акунина преподавание итальянского языка русский язык словари словарь Лингво словарь итальянского языка фразеология итальянского языка
Записи

Post-it

Пока не забылось (а то память короткая)

Подписаться на RSS  |   На главную

«Занимательная лингвистика» В. Шендеровича

Случайно наткнулась в сети на совершенно чудную книгу Виктора Шендеровича «Изюм из булки». Если кто, вроде меня, еще не читал, горячо-горячо рекомендую. Там можно хоть каждый мини-рассказ цитировать. Ограничусь одним. Сначала бросилась в глаза милая ошибка в итальянском — музыкальный термин написан molto lentomomento вместо molto lento. А понравился мне эта заметка потому, что она — об эмоциональной памяти. Я и сама с любопытством замечаю, как в речи у моих учеников, когда они говорят по-русски, явственно слышатся мои собственные интонации, с которыми я произношу ту или иную русскую фразу. Запоминают их, копируя меня. Тоже ведь эмоциональная память. Очень забавно бывает слышать себя со стороны.

Занимательная лингвистика

svenderovichИнтересная штука — эмоциональная память!
Маленький пансион в Италии. Ливень застал меня врасплох — бегу забирать купальники и полотенца, сохнущие на лежаках. Немецкая пара, мимо которой бегу обратно, дружелюбно подбадривает:

— Шнель, шнель!
И я вздрагиваю в ужасе, ибо мое знание немецкого пожизненно ограничено фильмами про войну: шнель, хальт, цурюк, хенде хох…

То ли дело итальянский! Как всякий человек, учившийся музыке, в Италии я не пропаду. Вот автобусная остановка, а на ней написано: фермата… Ну, разумеется!

Уже упомянутая в этой книге экскурсовод Лена рассказывала мне на этот счет трогательную историю. В древнем городе, у входа в какой-то музей, столпилось несколько экскурсионных групп. Экскурсоводы на английском, французском и испанском клянут нерасторопность местной администрации, а в сторонке стоит их печальный коллега-итальянец, которому очень хочется общаться, а языка для этого нет.

Итальянец, лишенный возможности общаться, — это трагическое зрелище. Лена видит, как он страдает, но ничем помочь не может. И вдруг вспоминает свое музыкальное детство и говорит ему:
Molto lento… lentomomento…
«Очень медленно». Так обозначался темп исполнения…
O, molto lento lentomomento! — кричит благодарный итальянец, — molto lento!
lentomomento


6 Август 2011 Виктория Максимова | Комментариев (4)

Как итальянские издательства находят книги для перевода

Немного в продолжение разговора о том, что переводить, вернее о механизмах, которые существуют на итальянском книжном рынке в области переводной литературы.  Статья мне показалась интересной в том числе и потому, что в ней есть беглый взгляд и на рынок переводов книг из Восточной Европы (см. вопрос 3).

foschini1

Интервью с Кристиной Фоскини, руководителем отдела авторских прав издательской группы Mauri Spagnol

Тема беседы:

  • Как итальянские издательства отбирают иностранные книги для перевода и публикации?
  • Литература каких стран наиболее популярна на итальянском рынке?
  • Какие новые страны  начинают привлекать к себе внимание?


  • Вопрос 1: В 2009 г. из 10 самых продаваемых в Италии книг каждые семь  принадлежали перу иностранных авторов. Итальянские издательства чувствуют особое призвание к переводной литературе?

К.Фоскини: Еще десять лет назад в Италии действительно большими тиражами выходили только иностранные художественные книги. Настолько большими, что в отличие от  других стран, в итальянских рейтингах продаж иностранная литература давалась отдельно от национальной, чтобы каким-то образом поддержать собственных писателей. Такое деление сохраняется до сих пор, хотя сегодня ситуация изменилась, и на первых позициях в общем рейтинге итальянские авторы постоянно присутствуют.

Однако традиция неустанно открывать для себя новых иностранных авторов сохраняется, и на сегодняшний день Италия является одной из стран, которая быстрее всех приобретает авторские права  на зарубежные издания. Мы почти всегда оказываемся среди первых, возможно, потому, что к этому нас подталкивает огромная конкуренция между итальянскими  издательствами. Многие из них, подобно нашей издательской группе, традиционно ориентировались на переводную литературу, и вся их организационная структура, как и у нас, подчинена этой цели. В этом смысле мы действуем даже быстрее немцев, которые еще недавно прочно удерживали первенство в этой области.


  • Вопрос 2: Как отбираются иностранные книги для перевода?  Быстрота предложения, цена покупки, авторитетность издательского дома – каковы слагаемые успешного поиска новых  писателей и приобретения авторских прав на их книги?

К.Фоскини: Основа успеха – организационная структура поиска: в каждой значимой для нас стране мы имеем своих профессиональных представителей (так называемых «скаутов»), которые следят за событиями на местном рынке. В случае нашего издательства это Великобритания, Америка, Франция, в последнее время к ним добавилась Испания; имеются и некоторые нишевые рынки.

Как только местные издательства извещают о готовящейся новинке, скауты тут же передают нам эту информацию. Таким образом нам удается  приобретать авторские права на перевод почти одновременно с выходом книги на родном языке или совсем с небольшой задержкой. Так произошло, например, с «Гипнотизером» Ларса Кеплера: права на перевод книги  мы приобрели за два месяца до появления ее на шведских книжных прилавках.

Быстрота реакции – фундаментальное условие, хотя тут всегда  остается риск не угадать и  приобрести книгу, которая так и не получит успеха у себя на родине.

В тех странах, где у нас нет своих скаутов, как, например, в Германии, источником информации служат национальные рейтинги продаж и обзоры книжного рынка в  специализированных журналах. Это позволяет нам быть в курсе всех выходящих новинок и отслеживать их успех у публики.

Важнейшей обязанностью моего отдела  является быстрое приобретение авторских прав. При этом желательно, чтобы  перспективные  новинки нам представил  сам обладатель этих прав и чтобы он обратился именно к нам потому, что уже знает, насколько качественно мы умеем переводить и “интерпретировать” чужие культуры. Экономическая составляющая – не единственный критерий, по которому  литературный агент или издательский дом – владелец авторских прав  оценивают предложение купить у них права на перевод. Вместе с предлагаемыми деньгами они смотрят, способно ли заинтересованное зарубежное издательство хорошо продать свой перевод. Если предложение поступает сразу от нескольких, то в этом случае смотрят не только на цену, но и на то, каким авторитетом пользуется каждое издательство-переводчик на своем  книжном рынке.


  • Вопрос 3: Создается впечатление, что при всем ее богатстве  литература Восточной Европы практичеcки никак не представлена в переводной литературе Италии и остальной Европы. В чем причины этого?

К.Фоскини: В странах бывшего социалистического лагеря еще совсем недавно господствовал принцип обобществленного труда, поэтому издательская культура, базирующаяся на продаже эксклюзивных прав на перевод, не была сформирована, что  очень сильно тормозило процесс (в течение многих лет даже «Мастер и Маргарита» Булгакова, например, издавался вне режима авторских прав). Новая  практика отношений зародилась там совсем недавно.

Вот и получилось, что отсутствие  сети литературных агентств, которые бы представляли  новые имена и договаривались о продаже прав на перевод,  сильно замедлило вхождение авторов из Восточной Европы на рынки других стран. Положение усугублялось  отсутствием независимых издательств. Все существовавшие были государственными и подпадали под цензуру.

Своеобразным трамплином для вхождения на западноевропейский книжный  рынок является Германия. Например,  именно на немецком рынке итальянское издательство Guanda узнало про  Владимира Каминера, «русского из Берлина», перевело  и опубликовало несколько его книг.

Те же трудности с отсутствием авторских прав еще несколько лет назад тормозили вхождение на итальянский рынок и китайских писателей.

Простой пример: десять лет назад мы вернулись с книжной ярмарки в Тайбэе с пустыми руками, но не потому, что там не было интересных авторов, а потому, что в Китае отсутствовала сама концепция эксклюзивной публикации перевода. Сегодня ситуация иная, в Китае введено понятие авторского права, и теперь многие литературные агентства представляют интересы китайских авторов, которые публикуются  в том числе в итальянских издательствах.


  • Вопрос 4: Культурные различия, стечение обстоятельств, формат книги – какой механизм или их сочетание определяют  успех или неуспех переведенной книги в той или иной стране?

К.Фоскини: Это может быть и простое стечение обстоятельств, как, например,  в случае с книгами Халеда Хоссейни. Они стали бестселлерами на многих европейских рынках за исключением Испании, потому что после террористических актов в Мадриде в 2004 г. испанцы совсем  не желали покупать книг об исламском мире.

Определенные книги хорошо  пойдут на одном рынке и будут плохо расходиться на другом, но издателю также интересно следить, как завоевываются симпатии в той или иной стране. Американский читатель, например,  предпочитает знакомиться с новым автором через недорогие карманные издания, выходящие массовыми тиражами, а в Италии в большинстве случаев  новинка завоевывает читателя, если выходит  в твердом сброшюрованном переплете, то есть первый успех будет определяться отнюдь не низкой ценой. Это свидетельство того, что итальянцы обращают внимание на эстетический аспект, на книгу как объект, и это многое говорит о существующих культурных традициях.

Сейчас, на пороге электронной революции, очень интересно будет наблюдать, как повлияет на книжный рынок «дематериализованная» книга, e-book, когда она начнет массово представать читателю не в виде физического объекта c тщательно продуманным художественным оформлением, а в виде файла с контентом. Любопытно посмотреть, возникнет ли какой-то новый вид чтения, новый способ  пользоваться  книгой, родится ли новый тип читателей и как на это отреагируют книжные рынки разных стран.


  • Вопрос 5: Какие новые имена появляются на горизонте?

К.Фоскини: Самый привлекательный рынок – это тот, который еще предстоит открыть и который я и мои коллеги не устаем искать.

Культура  и литература неразделимы, поэтому найти автора, живущего в стране, голос которой еще не звучал на твоей родине, по сути, означает приблизить читателя к неизвестному пока образу жизни, к иному менталитету и иным формам литературы. Перспектива познакомить своих читателей не только с новой человеческой историей, но и оригинальной писательской манерой и дотоле неизвестным миром всегда вдохновляет. Новые голоса могут еще прозвучать из Китая. В свое время благодаря английскому литературному агентству, которое стало нашим проводником по неизвестной нам китайской литературе, мы опубликовали «Дикие лебеди» Юн Чжан — книгу,  ставшую теперь легендой. В ней история Китая двадцатого века  представлена глазами женщин трех поколений. Мы остались очарованными этой литературой, оригинальной как  по сюжетам, так и по манере повествования,  и продолжаем публиковать других китайских авторов.

Новые имена могут придти с Ближнего Востока. Еще один регион, которые пока слабо представлен на нашем рынке – Африка, этот гигантский резервуар идей и литературных традиций. Пока  образы и культура Африки предстают нам в  «отфильтрованном» виде – пропущенные  через взгляды писателей, принадлежащих другим культурам. Мы знакомы в основном со средиземноморской Африкой и  южноафриканскими писателями, пишущими на   африкаанс, чьи произведения имеют все характерные признаки англоговорящей литературы. Нам еще только предстоит открыть для себя  самобытную  африканскую литературу (и будем надеяться, что это произойдет в ближайшем будущем).


13 Июнь 2010 Виктория Максимова | Комментариев (8)